Ставлення автора до бермана

Индия не была единым государством, потому европейцы смогли быстро получить для себя часть её территорий, используя противоречия между местными правителями. Именно игра на этих противоречиях была главной движущей силой расширения колоний на этом полуострове до начала XIX века.
В отличии от Индии, Империя Мин в Китае и Сегуната Токугава в Японии были едиными государствами с сильной центральной властью, потому пока промышленная революция не дала европейцам решающий перевес в вооружении, они не могли навязать им свою волю.
Великобритания постепенно добилась того, что Индия стала лишь её зоной интересов, в отношении Китая и Японии западные державы продолжали соперничать друг с другом.
Наконец, важным фактором была ускоренная модернизация в Японии в эпоху Реставрации Мэйдзи. Она позволила этой стране остаться полностью независимой, в то время как Китай, где попытка провести ускоренную модернизацию провалилась, в итоге оказался полуколонией. Индия же без сильного центрального правительства вообще не имела шансов на такой путь развития.

Дворянство Нового времени, в отличии от средневекового рыцарства, не способствовало феодальным распрям. Оно сохранило понятие верности, но теперь единому сеньору – королю. Также в новых экономических условиях упала доходность имений, потому возросла роль службы, которая всё чаще являлась основным источником достатка как в виде жалования, так и виде королевских наград. Служило дворянство как в армии, так и в бюрократическом аппарате. Тем более, что часть родов вышло из бюрократического аппарата или судейского сословия (во Франции их называли дворянами мантии, в отличии от потомков рыцарей – дворян шпаги).
Аристократы в этих условиях перестали быть местными сеньорами и в основном концентрировались в столице. Однако они сохранили значительные земельные владения, которые давали богатство, сохранили они и значительную часть влияния. Потому на протяжении Нового времени они не только занимали значительную часть ключевых государственных постов, но и старались взять фактическую власть в свои руки, оставив королю минимум функций.