Шторм на море Летом мы всей семьей любим ездить на море. Если погода выдастся удачной, то такой отдых обычно приносит только радость. Но порой случается так, что на побережье приходят шторма, и тогда не остается ничего другого, как отменить все походы на пляж и остаться в номере отеля до тех пор, пока не стихнет ветер и в небе опять не появится солнце. Удивительно, но шторм на море порой приходит совершенно неожиданно. Еще с утра может быть чудесная погода, а потом вдруг налетает буря и волны начинают с силой биться о берег, становясь все выше и все опаснее. Иногда в такую погоду отчаянные отдыхающие пытаются еще играть с волнами, ныряя под них и тем самым проверяя себя на прочность. Но такие шутки могут привести к очень серьезным последствиям, ведь волна может унести человека на большое расстояние от берега, и тогда он просто не сможет выплыть обратно. Но страшнее всего в такую погоду, конечно же, оказаться в открытом море. Порой даже большие суда не выдержать шторм, при котором порывы ураганного ветра могут достигать тридцати двух метров в секунду, а волны подниматься на высоту более двенадцати метров. Для определения силы шторма существует специальная шкала, придуманная английским мореплавателем Фрэнсисом Бофортом. И вот такая стихия заслуживает по этой шкале самой высокой двенадцатибальной отметки. Но к счастью, такие сильные шторма на море или океане случаются нечасто, и они не могут длиться долго. Потому рано или поздно ветер стихает, погода налаживается, а на море образуется штиль. Отдыхающие выходят на пляжи из своих укрытий, и на побережье вновь начинается активная курортная жизнь.
AHO436
05.08.2021
Смерть Колумба
Дом бедного ремесленника на окраине Вальядолида. Крепко сжимая руки своих сыновей, мечется в бреду Колумб. Как только сознание возвращается к нему, он требует перо и с огромным усилием возобновляет много раз прерванное писание нового завещания. Снова пишет он о майорате, просит наследников тратить десятую долю своих доходов на бедным родственникам. Заново распределяет доли братьев и обоих сыновей.
Но вот перо остановилось. По лицу умирающего пробегает тень. Глаза испуганно метнулись, смотрят пристально на младшего сына. По небритым щекам текут слезы…
«Приказываю сыну моему Диего заботиться о донье Беатрисе Энрикес, матери Эрнандо, особе, перед которой я состою в неоплатном долгу. Пусть это будет сделано тобою для облегчения моей совести, потому что на моей душе это лежит тяжким бременем, по причине, которую я не имею права здесь объяснить».
Перо валится из рук, глаза устало смыкаются. Но после короткого отдыха он пишет снова:
«Поручаю сыну моему Диего уплатить лиссабонскому купцу Кабранка 5 тысяч мараведов, дону Жуану Бельтраму, члену совета Гвинейской компании, — 12 тысяч мараведов…»
Долго еще пишет Колумб длинный перечень своих португальских кредиторов. В конце списка он не забывает и нищего еврея, живущего у ворот лиссабонского гетто. Ему нужно вернуть пол-серебряного дуката.
Жизненные заботы окончены. В последний раз адмирал моря-океана ставит свою подпись и отворачивается к стене. Он хочет покоя. Надвигающаяся ночь несет с собой жар, беспамятство. Умирающим завладевают кошмары. Он задыхается…