Международный авторитет упал (нет выхода к морю) заранее

ответ:

объяснение:

в настоящее время существует 43 государства, границы которых не имеют выхода к мировому океану. больше всего таких государств в африке — 15, в европе — 14, а азии — 12, в южной америке — 2.  

два государства, не имеющих выхода к морю, а именно узбекистан и лихтенштейн, граничат исключительно со странами, также не имеющими выхода в мировой океан.  

три государства полностью окружены территорией одного другого государства: сан-марино и ватикан граничат только с италией, лесото — только с южной африкой. шесть государств полностью окружены территорией двух государств: монголия, непал, бутан, свазиленд, лихтенштейн и андорра.  

эфиопия, в которой проживает 75 млн жителей (2005) является крупнейшим по населению из государств, не имеющих выхода к мировому океану, также более 20 миллионов жителей проживают в непале (27,6 млн) , уганде (27,3 млн) и узбекистане (26,8 млн) .  

крупнейшим по площади из государств, не граничащих с мировым океаном является казахстан (2 724 900 км²); территорию больше миллиона км² имеют также монголия (1 566 500 км²), эфиопия (1 133 380 км²) и боливия (1 098 581 км²).  

россия граничит с четырьмя не имеющими выхода к мировому океану государствами: монголией, казахстаном, азербайджаном и белоруссией.  

не имеют границ с мировым океаном большинство (9 из 15) государств, образовавшихся после распада . при этом территория государств армения, азербайджан, туркмения, узбекистан, киргизстан и таджикистан полностью входит в бассейны бессточных водоёмов и областей — других подобных государств в мире нет.

Для начала нам необходимо выделить основные элементы структуры государства для его со­поставления с кочевническими государственными образованиями Евразии, для подтверждения или опровержения тезиса о наличии государственности у усуней во II в. до н.э.

В качестве основных признаков государства в политологической науке выделяются три: территориальное деление, систематическое налогообложение, выделившееся в отдельную сферу дея­тельности управление, и наличие бюрократического аппарата. В качестве дополнительных критериев выдвигаются плотность населения, уровень урбанизации, развитие письменности, фикси­рованное законодательство, достаточно сложная социально-политическая стратификация обще­ства, сочетающаяся с эксплуатацией различных форм [1]. Но данная схема более приемлема для земледельческих государственных моделей западных и восточных обществ, чем для кочевников. Выделяемые исследователями три основных признака государства, сформулированные Ф.Энгельсом в известной работе «Происхождении семьи, частной собственности и государ­ства», не соответствуют определению степени социального развития обществ евразийских степей [2]. При изучении политических образований нельзя отметить ни территориального раз­деления (так как население делилось по родам), ни публичной власти, ни постоянной системы налогов, поэтому к нашей работе применительно использовать критерии государства, выде­ляемые М.В.Воробьевым. Он считает, что о существовании государства можно говорить лишь при наличии, во-первых, зафиксированного в источниках его провозглашения как сознательного поли­тического действия, точно ориентированного во времени; во-вторых, названия государства и соответствующего прозвища его жителей; в-третьих, осознания правящей верхушкой себя в каче­стве правителей государства с принятием монархических титулов [3].

Так, при существующей типологии вариантов образования степных держав: 1) монголь­ский путь — посредством узурпации власти; 2) тюркский — в процессе борьбы за независимость; 3) гуннский — путем миграции на территорию земледельческого государства; 4) хазарский — в ходе сегментации крупной «мировой» степной империи государство Усунь вписывается во вторую модель, для которой было характерно становление государственности в процессе борьбы за независимость.

На этапе первоначального становления как государственного образования усуням прихо­дилось сталкиваться с более мощными в военно-политическом отношении государствами хуннской государственности, юечжи и, наконец, могущественной Ханьской империей, что вынудило усуней решиться на массовую миграцию на Запад, в Семиречье, где, по мнению исследователей, была окончательно завершена их политическая консолидация, начатая еще на Востоке в Сичэне (т.е. «За­падная стена»). Еще будучи в составе хуннской конфедерации, усуни произвели некоторую реоргани­зацию войска по типу хуннов [4].

Таким образом, вызреванию государственности усуней непрерывные войны, которые ускорили процессы эволюции начальных форм государственных институтов, а также преодоление племенной раздробленности и создание структуры общества, наиболее отвечающей по­требностям мобилизации и организации военных сил. Этого удалось достигнуть посредством сочетания племенной и военной структур и подчинения первой последней. Одновременно в процессе такого завоевания на смену обычной децентрализованной организации кочевников приходит сильная и централизованная организация, без которой невозможно покорение оседло-земледельческих государств.

Объяснение:

Для начала нам необходимо выделить основные элементы структуры государства для его со­поставления с кочевническими государственными образованиями Евразии, для подтверждения или опровержения тезиса о наличии государственности у усуней во II в. до н.э.

В качестве основных признаков государства в политологической науке выделяются три: территориальное деление, систематическое налогообложение, выделившееся в отдельную сферу дея­тельности управление, и наличие бюрократического аппарата. В качестве дополнительных критериев выдвигаются плотность населения, уровень урбанизации, развитие письменности, фикси­рованное законодательство, достаточно сложная социально-политическая стратификация обще­ства, сочетающаяся с эксплуатацией различных форм [1]. Но данная схема более приемлема для земледельческих государственных моделей западных и восточных обществ, чем для кочевников. Выделяемые исследователями три основных признака государства, сформулированные Ф.Энгельсом в известной работе «Происхождении семьи, частной собственности и государ­ства», не соответствуют определению степени социального развития обществ евразийских степей [2]. При изучении политических образований нельзя отметить ни территориального раз­деления (так как население делилось по родам), ни публичной власти, ни постоянной системы налогов, поэтому к нашей работе применительно использовать критерии государства, выде­ляемые М.В.Воробьевым. Он считает, что о существовании государства можно говорить лишь при наличии, во-первых, зафиксированного в источниках его провозглашения как сознательного поли­тического действия, точно ориентированного во времени; во-вторых, названия государства и соответствующего прозвища его жителей; в-третьих, осознания правящей верхушкой себя в каче­стве правителей государства с принятием монархических титулов [3].

Так, при существующей типологии вариантов образования степных держав: 1) монголь­ский путь — посредством узурпации власти; 2) тюркский — в процессе борьбы за независимость; 3) гуннский — путем миграции на территорию земледельческого государства; 4) хазарский — в ходе сегментации крупной «мировой» степной империи государство Усунь вписывается во вторую модель, для которой было характерно становление государственности в процессе борьбы за независимость.

На этапе первоначального становления как государственного образования усуням прихо­дилось сталкиваться с более мощными в военно-политическом отношении государствами хуннской государственности, юечжи и, наконец, могущественной Ханьской империей, что вынудило усуней решиться на массовую миграцию на Запад, в Семиречье, где, по мнению исследователей, была окончательно завершена их политическая консолидация, начатая еще на Востоке в Сичэне (т.е. «За­падная стена»). Еще будучи в составе хуннской конфедерации, усуни произвели некоторую реоргани­зацию войска по типу хуннов [4].

Таким образом, вызреванию государственности усуней непрерывные войны, которые ускорили процессы эволюции начальных форм государственных институтов, а также преодоление племенной раздробленности и создание структуры общества, наиболее отвечающей по­требностям мобилизации и организации военных сил. Этого удалось достигнуть посредством сочетания племенной и военной структур и подчинения первой последней. Одновременно в процессе такого завоевания на смену обычной децентрализованной организации кочевников приходит сильная и централизованная организация, без которой невозможно покорение оседло-земледельческих государств.