Пригадайте, які раніше вивчені події з історії Стародавнього світу відбувалися одночасно з розвитком спільнот антів і склавинiв. Результати роботи оформіть у візуально-графічному проекті (таблиця, схема, карта пам'яті тощо​

Внутренняя политика С португальскими сепаратистами он обходился чрезвычайно круто и, несмотря на все настояния местных кортесов, явно стремился к полной государственной ассимиляции всего Пиренейского полуострова. С этой же целью он казнил представителей нескольких знатнейших арагонских семейств, когда в Арагоне вспыхнули волнения по поводу бежавшего туда из Кастилии опального вельможи Антонио Переса. Арагон пользовался старинными привилегиями, благодаря которым Филипп не мог вытребовать Переса к себе обратно. «Хустисия» — главный судья, хранитель арагонских вольностей — был казнён, в Арагон введены войска; последовали репрессии против тех, кто оказался виновен в защите Переса; арагонские инквизиторы действовали в интересах короля (сам Перес успел С тех пор сан хустисии потерял прежнюю прерогативу несменяемости и попал в полную зависимость от короля; арагонским вольностям был нанесён смертельный удар. За кастильскими старыми учреждениями Филипп не оставлял и тени влияния. Кортесы иногда созывались, но на все их заявления король обыкновенно не обращал ни малейшего внимания.

Так, кортесы жаловались на непомерную алчность церкви в приобретении земельных имуществ — но Филипп не внял им; жаловались, что с населения собираются налоги, о которых они, кортесы, ничего не знают, — король продолжал такие налоги собирать. Во внутренней истории Испании правление Филиппа было временем самого полного деспотизма.

Очень интересный вопрос. Нет, действительно. Мне приятно даже думать, что кто-то рассуждает на подобные темы. Знаешь, скорее всего в корни ничего не изменилось, может сложилось бы не все так удачно для Рима, но все же. 
К тому времени Рим уже контролировал большие территории, его экономическая, культурная, а вскоре и военная экспансия распространялись слишком быстро. Дело не столько в одном человеке, сколько в огромном накопленном опыте преодоления трудностей, подходу к ведению дел, во многовековых традициях. 
Римский легион еще долго страшил бы  соседей, даже если бы и главный в Риме человек имел другое имя и качества. 
Если прикинуть, то, скорее всего, Рим бы не становился империей еще некоторое время, но это необратимый процесс.