Вспомни народные или авторские произведения, герои которых были похожи на нарцисса. расскажи, как сложилась их судьба.

Ясам думаю   над этим вопросом

1. как назывался пароход? 2.как звали солнышкина? 3.как он пробрался на пароход? 4.какая фамилия была у его друга? 5.откуда плыл пароход? 6. куда плыл пароход? 7.что предложил бабкин ваське? 8. какая  площадь всегда приютит пострадавшего моряка? 9. что такое "сопка", и почему на ней сощелся весь мир? 10.что такое "золотой кит"? 11.что было в каюте старого робинзона? 12. кто такой мирон иванович? 13. добрый боцман шархай, за что его так прозвали? 14. какие неожиданные перемены ждали ? 15.  руку на дружбу, солнышкин! кто это скамандовал? 16. какой был первый приказ бравого капитана? 17. кто такой кока борщик? 18. какую халатность он допустил? 19. что было в каюте индийского попугая? 20. какое невероятное событие произошло в индийском океане? чем смогла,

Смешны попытки Солохи спрятать друг от друга в мешки своих гостей: чёрта, голову, дьяка и Чуба.

Забавны несоответствия в поведении героев. Диалог Вакулы и Чуба, не узнавших друг друга во время метели, вызывает улыбку. Чуб, думавший, что пришёл к своей хате, слышит незнакомый голос, затем делает ошибочный вывод, что кузнец явился в чужую хату на свидание к жене соседа. Чуб начинает препираться и спорить, а Вакула его колотит. Их разговор, внешне напоминающий ссору, комичен и безобиден; он заставляет читателя рассмеяться.

Одним из юмористических приёмов является гипер­бола (преувеличение до неправдоподобия), которую мы также находим в повести Гоголя. Лёгкую улыбку вызывают у нас слова Вакулы, описывающего свои сердечные страдания: «Прежде, бывало, я мог согнуть и разогнуть в одной руке медный пятак и лошадиную подкову, а теперь мешков с углём не подыму. Скоро буду от ветра валиться». Или совсем смешно описание Пузатого Пацюка, к которому Вакула пришёл за советом. Пацюк «спал три четверти дня, ел за шестерых косарей и выпивал за одним разом почти по целому ведру». И в этом опи­сании нет авторского осуждения, а лишь лёгкий, без­злобный смех.