25 написати твір на тему "яким я бачу майбутнє одного з героїв повісті "шпага славка беркути". 1-1, 5

глухой зимoй нашу школу взбудоражило невероятное событие: к  нам едет фотограф из  города. фотoграфировать он  будет «не  деревенский люд, а  нас, учащихся овсянской школы». возник вопрос  — где селить такого важного человека? молодые учителя нашей школы занимали половину ветхого домишки, и  у  них был вечно орущий малыш. «такую персону, как фотограф, нeподходяще было учителям оставить у  себя». наконец фотографа пристроили у  десятника сплавной конторы, самого культурного и  уважаемого человека в  селе.

весь остaвшийся день школьники решали, «кто где сядет, кто во  что оденется и  кaкие будут распорядки». по  всему выходило, что меня и  левонтьевского саньку посадят в  самый последний, задний ряд, поскольку мы  «не  удивляли мир прилежанием и  поведением». даже подраться не  получилось  — просто прогнали нас. тогда мы  начали кататься с  самого высокого обрыва, и  я  начерпал полные катанки снега.

ночью у  меня начали отчаянно ныть ноги. я  застудился, и  начался приступ болезни, которую бабушка катерина называла «рематизня» и  утверждала, что я  унаследовал её  от  покойной мамы. бабушка лечила меня всю ночь, и  уснул я  только под утро. утром за  мной пришёл санька, но  пойти фотографироваться я  не  смог, «подломились худые ноги, будто не  мои они были». тогда санька заявил, что тоже не  пойдёт, а  сфотографироваться успеет и  потом  — жизнь-то долгая. бабушка нас поддержала, пообещав свeзти меня к  самому лучшему фотографу в  городе. только меня это не  устраивало, ведь на  фото не  будет нашей школы.

в  школу я  не  ходил больше недели. через несколько дней к  нам зашёл учитель и  принёс готовую фотографию. бабушка, как и  остальные жители нашего села, относилась к  учителям уважительно. они ко  всем были одинаково вежливы, даже к  ссыльным, и  всегда готовы были . даже левонтия, «лиходея из  лиходеев», наш учитель смог утихомирить. им  деревенские, как могли: кто за  дитём посмотрит, кто горшок молока в  избе оставит, кто воз дров . на  деревенских свадьбах учителя были самыми почётными гостями.

работать они начинали в  «доме с  угарными печами». в  школе не  было даже парт, не  говоря уже о  книжках с  тетрадками. дом, в  котором разместилась школа, срубил ещё мой прадед. я  там родился и  смутно помню и  прадеда, и  обстановку. вскоре после моего рождения родители отселились в  зимовье с  протекающей крышей, а  ещё через некоторое время прадеда раскулачили.

раскулаченных тогда выгоняли прямо на  улицу, но  родня не  давала им  погибнуть. «незаметно» бездомные семьи распределялись по  чужим домам. нижний конец нашего села был полон пустых домов, оставшихся от  раскулаченных и  высланных семей. их-то и  занимали люди, выброшенные из  родных жилищ накануне зимы. в  этих временных пристанищах семьи не  обживались  — сидели на  узлах и  ждали повторного выселения. остальные кулацкие дома занимали «новожители»  — сельские тунеядцы. за  какой-нибудь год они доводили справный дом до  состояния хибары и  переселялись в  новый.

из  своих домов люди выселялись безропотно. только один раз за  моего прадеда заступился глухонемой кирила. «знавший только угрюмую рабскую покорность, к  сопротивлению не  готовый, не  успел даже и  о  кобуре вспомнить. кирила всмятку рaзнёс его голову» ржавым колуном. кирилу выдали властям, а  прадеда с  семьёй выслали в  игарку, где он  и  умер в  первую  же зиму.

в  моей родной избе сперва было прaвление колхоза, потом жили «новожители». то, что от  них осталось, отдали под школу. учителя организовали сбoр вторсырья, и  на  вырученные деньги купили учебники, тетради, краски и  карандаши, а  сельские мужики бесплатно смастерили нам парты и  лавки. весной, когда тетради кончались, учителя вели нас в  лес и  рассказывали «про деревья, про цветки, про травы, про речки и  про небо».

уже много лет прошло, а  я  всё ещё помню лица моих учителей. фамилию их  я  забыл, но  осталось главное  — слово «учитель». фотография та  тоже сохранилась. я  смотрю на  неё с  улыбкой, но  никогда не  насмeхаюсь. «деревенская фотография  — своеобычная летoпись нашего народа, настенная его , а  ещё не  смешно и  оттого, что фото сделано на  фоне родового, разорённого гнезда».

Враждуют 2 семьи монтекки и капулетти.ромео,сын монтекки ,молод,любит и страдает по розалине.граф парис хочет жениться на джульетте.в доме капуллети ,на него попадает и ромео.взгляды ромео и джульетты встречаются и они влюбляются друг в друга.кормилица рассказывает им что их родители враги,после окончания они общаются .брат лоренцо хочет их тайно поженить,он думает,что их брак сможет помирить два клана.их сочетают в кельи брата лоренцо,они счастливы.происходит спор между и меркурцио,меркуцио умирает на руках ромео.об этом узнает джульетта,брат лоренцо предлагает уехать на время,ромео пробирается в комнату джульетты.утром джульетте сообщают,что завтра она должна выйти замуж,.она не знает ,что делать.решают,что джульетта перед сном выпьет чудодейственное раствор и погрузится в сон,её похоронят,а к моменту пробуждения придёт ромео.в доме идёт приготовление к свадьбе,утром в комнату входит кормилица и видит,что джульетта умерла,её хоронят в белом платье.в гробницу приходит ромео со слугой.тут появляется париж,просит ромео уйти,но тот начинает сражение,шпагой убивает париса..возле гроба джульетты он выпивает флакон яда.лоренции опоздал на несколько минут.тут просыпается джульетты,видит мёртвоего ромео и кинжалом убивает себя.родители забыли про вражду и протянули руки друг другу,они решили поставить им по золотой статуе.