Рифма и стихотворный размер этого стихотворения отсталых туч над нами пролетает последняя толпа. прозрачный их отрезок мягко тает у лунного серпа. царит весны таинственная сила с на челе. —ты, нежная! ты счастье мне сулила на суетной земле. а счастье где? не здесь, в среде убогой, а вон оно — как дым. за ним! за ним! воздушною дорогой —и в вечность улетим!

размер: ямбрифма: перекрестная 

Это стихотворение относится к одному из первых сборников гумилева, когда “муза странствий еще не покинула его”. в этом стихотворении он прославляет мужество силу и доблесть “открывателей новых земель”, образ этот у него сочетает в себе капитана военно-морского флота и испанского пирата. его капитаны – это люди, жившие во времена, когда открывали америку, поэтому образ капитана напоминает героев тогдашних романов. ярко здесь проявляются многие особенности его раннего творчества : экзотичность, буйство красок: “золото с кружев”, “…розоватых … манжет” ; набор чувств, любовь к пышному внутреннему и внешнему убранству, строгость формы. подчеркивается мужество лирического героя, который пытается найти свое счастье за чертой бытия. гумилев в этом стихотворении выступает как романтический поэт, многое здесь идеализированно и преувеличенно. это стихотворение понравилось нам своей экзотичностью и особенно полюбился лирический герой, напоминающий искателя приключений. 4

В  одну из  тёмных ночей андрия будит ото сна странное суще­ство, похожее на  призрак. это татарка, служанка той самой полячки, в  которую влюблён андрий. татарка шёпотом расска­зы­вает, что панночка  — в  городе, она видела андрия с  город­ского вала и  просит его прийти к  ней или хотя  бы пере­дать кусок хлеба для умира­ющей матери. андрий нагру­жает мешки хлебом, сколько может унести, и  по  подзем­ному ходу татарка ведёт его в  город. встре­тив­шись со  своей возлюб­ленной, он  отре­ка­ется от  отца и  брата, това­рищей и  отчизны: «отчизна есть  то, что ищет душа наша, что милее для неё всего. отчизна моя  — ты». андрий оста­ётся с  панночкой, чтобы защи­щать её  до  послед­него вздоха от  бывших сото­ва­рищей своих.