Краткое сообщение на тему моё слово о родине.

Родина где мы живьом   Человек рождается на свет и вместе с жизнью получает в на­следство самое, быть может, свое бесценное богатство: Родину. Она у него одна, другой никогда не будет, как не будет, не дано человеку прожить вторую жизнь. Родина — данность. Ее не выбирают по своему вкусу и жела­нию, точно так же, как не выбирают себе мать: уж какая ни есть, но она — твоя мать, одна-единственная из всех живущих, ее не с кем сравнивать, ибо всякое сравнение кощунственно, оскорбительно для той, что дала тебе жизнь, выкормила, вы­нянчила и взрастила, как могла и сумела. Родина, как и родная мать, — это твоя судьба, доставшаяся тебе на радость и на горе, на все испытания, муки и восторги, на непрестанный каждодневный труд и на редкие праздники — на все, словом, счастливые и несчастливые времена быстротечной жизни. И потому-то принимать ее надо без ропота и желчного недовольства, без плебейской зависти к другим людям и наро­дам, родившимся в иных пределах, на иной, возможно, более теплой и благодатной, обласканной солнцем земле. То — чу­жое. А твоя Родина — это твоя Родина, и тебе она принадле­жит, как ты принадлежишь ей одной… Возблагодари же тихо в душе ее! Возблагодари за честь назы­ваться ее сыном, за трудное счастье служить ей в благословен­ные дни мира и в годину бедствий. Раздели с Родиной ее судьбу и люби по-сыновнему, храни ей верность, оберегай, цени, не кляни в злую минуту жизни, а делай все для нее, что в твоих силах сделать хорошего, доброго, — это и будет главным мери­лом твоей порядочности и благородства. Не жди и не требуй награды за верность, потому что верность, как и твоя любовь, принадлежит ей по праву рождения; ты просто-напросто исполнишь долг. Награда тебя непременно найдет, и это будет спокойное, гор­дое сознание, что не зря жил, не был лишним, бесполезным для Родины человеком…

Таким образом, в драме сосуществуют две правды: правда Луки, с ее безличностной добротой, христианским смирением, с ее “святой ложью”, и правда Сатина, d чем-то жестокая, но гордая — правда отрицания лжи. И внутренний конфликт этих двух столь отличных друг от друга позиций разрешила история. История показала, что мир переделывается только сильными средствами и что слова утешения не людям стать счастливее. Но, как мне кажется, это не означает, что путь Сатина лучший, просто таково устройство нашего безжалостного мира, где даже добро “должно быть с кулаками”.

Гаврика в Пете привлекало добродушие, готовность нуждающимся, общительность и верность в дружбе. А в целом их сближало стремление к героическому, честному, справедливому, восприимчивость к красоте природы.Читатели обращаются к тексту главы «Честное благородное слово». Они говорят, что, описывая увиденное на пароходе, Петя кричал на всю улицу; он так размахался руками и так распрыгался, что опрокинул у какой-то лавочки корзину с рожками; он возбужденно орал, тяжело переводя дух; окончив свою историю, поспешно облизал губы и тотчас, без передышки, стал  рассказывать ее опять с самого начала.Как ведет себя Гаврик, слушая рассказ друга? Ведь он всего лишь ребенок, и у него тоже есть жгучая тайна, по сравнению с которой Петины приключения не стоили выеденного яйца. В душе Гаврика идет страшная борьба, его терзают сомнения: рассказать или смолчать. Он кусал губы и грыз себе руку у него в глазах стояли слезы; язык чесался до такой степени, что иногда мальчик с силой сжимал себе пальцем губы.Появление арестанта в сопровождении солдат конвойной команды вернуло Гаврику самообладание, как бы наглядно показывая, 410 ждет доверившегося им с дедушкой человека при малейшей допущенной с их стороны неосторожности.