Заполни пауз нервные прорехи. Не тишины обыденной значенье — Озвучь лишь такт Космического эха.
Я этот такт молчаньем не нарушу, Смычковый вдох Не испугаю взмахом.
Но то, что рвется, просится наружу — Сними одним прикосновеньем Баха...
Сыграй сонату в двадцать три аккорда, Мой давний друг, мой музыкант неюный. Мотив волны, слепой и непокорной, Заставит плакать пусть не только струны...
Ты ближе всех к неисчислимой Точке, Прозреньем — Авель, Откровеньем — Каин. Мир за окном пунктирен и неточен, Но на конце смычка так осязаем...
Там зеркала лица не отражают — Вход не для лиц, обремененных полом.
Коллективы с бОльшим числом исполнителей принято называть просто "ансамбль", "оркестр" "труппа" или "хор", в зависимости от жанра.
Ohokio198336
23.03.2023
Опера Порги и Бесс краткое содержание«Вечер. Негритянский рабочий поселок Кэтфиш-Роу. Во время игры в кости вспыхивает ссора. Краун убивает Роббинса и скрывается на острове Киттиуэй. Все негры отворачиваются от Бесс, возлюбленной Крауна. Только нищий калека Порги девушку, предлагает ей свое жилище. Проходит время. Порги и Бесс полюбили друг друга. Жители Кэтфиш-Роу отправляются на пикник на остров Киттиуэй. С ними Бесс, теперь уже жена Порги. На острове Краун встречает Бесс, и она уступает его домогательствам. Через некоторое время в Кетфиш-Роу приходит Краун. Он хочет увезти Бесс. Но она решила остаться с Порги. Защищая жену, Порги убивает Крауна. На следующий день полицейские уводят Порги для опознания трупа. Торговец наркотиками Спортинг-Лайф убеждает Бесс в том, что ее муж будет осужден и не вернется. Обещая ей «сладкую жизнь», он увозит одурманенную наркотиками Бесс в Нью-Йорк. Появляется Порги и узнает о случившемся. «Где находится этот Нью-Йорк?» — кричит он. Женщины уговаривают его остаться, но калека непреклонен: он найдет свою Бесс. В тележке, запряженной козой, Порги отправляется за тысячи миль от Кэтфиш-Роу.»
Заполни пауз нервные прорехи.
Не тишины обыденной значенье —
Озвучь лишь такт
Космического эха.
Я этот такт молчаньем не нарушу,
Смычковый вдох
Не испугаю взмахом.
Но то, что рвется, просится наружу —
Сними одним прикосновеньем Баха...
Сыграй сонату в двадцать три аккорда,
Мой давний друг, мой музыкант неюный.
Мотив волны, слепой и непокорной,
Заставит плакать пусть не только струны...
Ты ближе всех к неисчислимой Точке,
Прозреньем — Авель,
Откровеньем — Каин.
Мир за окном пунктирен и неточен,
Но на конце смычка так осязаем...
Там зеркала лица не отражают —
Вход не для лиц, обремененных полом.
Боль беспредметна:
Лезвие ножа ли...
Стрела Амура...
Иль судьбы
Уколы...
И я пытаюсь зацепиться в вечном
Многоголосье ветреного forte.
Мне умереть
Еще пока что
Нечем.
Есть чем дышать.
На двадцать три аккорда.