Соловью не подается в клетке. неволе не радует птиц. птица должна летать и петь на свободе. выписать слово с разделительным ь, записать в значке транскрипции звуки, которые обозначает буква после разделительного ь

Соловью- солов/йу-7 букв,7 звуков.

На картине И. Билибина изображен растерянный Иван-царевич и лягушка-квакушка со стрелой в лапке. И выражение лица, и поза царевича свидетельствуют о его недоумении: сдвинутые брови, разведенные руки, опущенный лук. Я думаю, на иллюстрации запечатлен такой момент сказки. Говорит Иван-царевич: «Как мне за себя квакушу взять? Квакуша не ровня мне». Испытание для царевича Он, видимо, сам не верит своей неудаче, и медлит, прежде чем взять лягушку в руки. Может быть, царевич надеется, что отец не будет принуждать его жениться на лягушке. Чтобы она стала Василисой Премудрой, герою придется смириться с волей царя, стерпеть насмешки братьев. Облик героев картины и фоновый пейзаж Иван-царевич одет, как одевались на Руси в те давние времена: длинный кафтан, кушак, сапоги с загнутыми носами. Шапка с необычным украшением выдает его знатное происходящее. Лягушка, держа стрелу, внимательно смотрит на царевича, как будто хочет что-то ему сказать. Может быть, пока он не решился взять ее с собой, она не обрела дар речи. Одного взгляда на окружающую обстановку достаточно, чтобы уверенно сказать: это болото. Зеркало воды под ногами у Ивана, низкорослые редкие березы, стая уток в небе. Унылый пейзаж и пасмурный день как бы предвещают трудности, с которыми столкнется царевич позже, в поиске возлюбленной. Декоративный стиль иллюстрации Картина похожа на тканый ковер или детский рисунок фломастером: контуры обведены черным, каждый участок закрашен только одним цветом. Белые стволы берез, темнеющие ели, светло-зеленые березовые шапки складываются в яркий узор. Художнику известны особенности детского восприятия, и он делает все, чтобы читателей сказки привлекли иллюстрации.

У хваленого эксперимента, помимо небывалой аутентичности и экономии, увы, есть обратная сторона медали — в частности, главный актер Колтрейн из очень симпатичного и смазливого ребенка, как это водится, вырастает в Маколея Калкина. Стас Селицкий ругает «Отрочество». Восьмилетний мальчик Мейсон (дебютант Эллар Колтрейн) живет с мамой (Патриция Аркетт) и сестрой (Лорелей Линклейтер) в типичной одноэтажной Америке. Некоторое время назад молодой лоботряс-отец (Итан Хоук) оставил их и ушел на вольные хлеба, но теперь он хочет наладить отношения с отпрысками. Стоит хоть раз опуститься в томную атмосферу Ричарда Линклейтера и станет ясно, что режиссер тот еще зануда с реалистичным авторским почерком о бытовых парадигмах, ведь даже романтика у Линклейтера такая же обыденная. В случае с «Отрочеством» у него вышел идеальный материал под себя, неоклассическая история, свой «Форрест Гамп» об Америке начала двухтысячных: вскользь о политике, культуре и самоопределении. Без трудной судьбы семьи было, конечно, не подступиться — из нее вытекает развитие сюжета. Кто еще не знает, метод создания этого фильма Линклейтер придумал сам, то есть он снимал одних и те же актеров на протяжении одиннадцати лет, и многие, конечно же, были либо дебютантами, либо гостевыми участниками. У хваленого эксперимента, помимо небывалой аутентичности и экономии, увы, есть обратная сторона медали — в частности, главный актер Колтрейн из очень симпатичного и смазливого ребенка, как это водится, вырастает в Маколея Калкина. Несмотря на довольно адекватный для трехчасового полотна монтаж, практически вся вторая половина фильма, по сути, сводится к натужным поискам себя, где во многом можно разглядеть автобиографические нотки создателя. Настоящее же «Отрочество» заканчивается где-то под конец второго часа на пророческой шутке про «Звездные войны» и буквально до этого момента все идеально: и ритмика, и повествование, и мораль.