Поставь ударение в словах. лосенок жует ветки осины. маленький ежик вышел на тропку. застучали частые капли дождя.

Это не выдуманная, а правдивая история. Я никого не обманываю: часы пробили тринадцать!

Ста­рые-пре­ста­рые часы, до­став­ши­е­ся отцу от пра­де­да, слу­жи­ли верно. Раз в год отец осто­рож­но сни­мал их со стены, из­вле­кая из фу­тля­ра па­у­ти­ну. Он про­ти­рал часы и про­чи­щал гу­си­ным пером, вешал об­рат­но и ра­дост­но сиял. У меня была мно­го­лет­няя при­выч­ка: когда бьют часы, счи­тать удары. Од­на­ж­ды часы про­би­ли три­на­дцать.

«Ты не оши­ба­ешь­ся, Борис?» — спра­ши­ва­ет отец. Он под­хо­дит к часам, взби­ра­ет­ся на не­вы­со­кий та­бу­рет, ка­са­ет­ся ка­ко­го-то колёсика. Отец вни­ма­тель­но осмат­ри­ва­ет на­стен­ные часы и при­слу­ши­ва­ет­ся к ним. Тёмно-жёлтый ма­ят­ник про­де­лы­ва­ет ди­ко­вин­ные но­ме­ра, и отец при­ве­ши­ва­ет гири: две боль­шие и одну ма­лень­кую. Отец — от­лич­ный ма­стер. Часы наши снова точны.

Утром, на рассвете, мы остановились в двух километрах от берега, темнеющего группой деревянных построек. Заросшие рыжей шубой лесов горы были покрыты туманом. Восходящее солнце золотом отливало на стальной поверхности моря. Длинная вереница птиц вытягиваясь в ниточку и, извиваясь, пролетала над пламенеющей линией горизонта.

Ириша, сцепив зубы, держала ритм и ждала, когда эта мучительно долгая песня закончится. Почувствовав что запутываюсь, я решил действовать не приходя в сознание.

Я пошла пешком по дороге, шмыгая носом и сбрасывая звонки от Милки.

Легла, свернувшись калачиком, на кровати и рассерженно уткнулась лицом в стенку.