Прочтите отрывок из письма российской императрицы. «с удовольствием < > я удовлетворю вашу любознательность по отношению к пугачёву; это будет мне тем удобнее сделать, что вот уже месяц, как он схвачен, или, выражаясь вернее, связан и скручен своими собственными же людьми в необитаемой степи между волгой и яиком, куда он был загнан посланными против него со всех сторон войсками. лишённые припасов и средств для продовольствия, товарищи его, возмущённые сверх того ещё жестокостями, им творимыми, и в надежде заслужить прощение, выдали его коменданту яицкой крепости, который и отправил его оттуда в симбирск к генералу графу панину. в настоящее время он в дороге, на пути к москве. когда его к графу панину, он совершенно наивно признался на первом же допросе, что он донской казак, назвал место своего рождения, сказал, что женат на дочери донского казака, что у него трое детей < > и пр., и пр. так как у генерала панина в войске немало донских казаков, …то всё сказанное было тотчас же проверено через земляков пугачёва. < > до сих пор нет ни малейших данных предполагать, чтоб он был орудием какой-либо державы или чтобы он следовал чьему-либо вдохновению. приходится предполагать, что пугачёв сам хозяин-разбойник, а не лакей какой-нибудь живой души. после тамерлана, я думаю, едва ли найдётся кто-либо другой, кто более истребил рода человеческого < > он вешал без пощады и всякого суда всех лиц дворянского рода: мужчин, женщин и детей, всех офицеров, всех солдат, какие ему только попадали в руки < > . но что покажет вам хорошо, как далеко может обольщаться человек, – это то, что он осмеливается ещё питать кое-какие надежды. он воображает, что ввиду его отваги я могу его помиловать и что свои прошлые преступления он мог бы загладить своими будущими услугами. рассуждение его могло бы оказаться правильным, и я могла бы простить его, если б содеянное им оскорбляло меня одну; но дело это – дело, затрагивающее государство, у которого свои законы». назовите автора данного письма. укажите год, когда было написано письмо. назовите московского князя, правившего в период, когда среднеазиатский завоеватель, упомянутый в письме, вторгся в земли

Весьма сходный характер с испанской революцией имели выступления в Неаполе и Пьемонте, которые произошли в 1800-1821 гг. В Италии революционное движение возглавило общество карбонариев, возникшее на юге страны еще в период французского господства. Когда в Италию пришла весть об успехе революции в Испании летом 1820 г., глубокое недовольство, которое накопилось в обществе, выплеснулось наружу. События начались с того, что в июле 1820 г. поднял восстание один из полков. К восставшим военным тут же присоединились другие вониские части, руководимые также офицерами карбонариями. Восставшим удалось быстро одержать победу во всем Неаполитанском королевстве. Вскоре король Фердинанд 4 вынужден был согласиться на принятие конституции, образцом для которой послужила испанская конституция 1818 г. Восставшим военным не удалось вовлечь в свое движение широкие народные массы, что явилось внутренней слабостью неаполитанской революции и облегчило Священному союзу задачу разгромить ее.

Объяснение:

как лучший

В древние времена когда-то существовало в Месопотамии царство Урук, которым правил молодой воитель Гильгамеш.

Завоевал он царство в упорной борьбе, поскольку обладал неукротимым нравом и огромной нечеловеческой силой. Мог одними руками одолеть большого хищника. Власть богов Гильгамеш не признавал, никого не слушал и принимал решения лично.

Правя городом, приказал однажды Гильгамеш возвести вокруг границ города оборонительную стену из камня. Строительством царь руководил безжалостно, чем довел жителей до полного изнеможения и вызвал их крайнее недовольство. Не выдержав правления тирана, жители царства обратились к богам за

Боги услышали жалобы людей и решили создать равного по силе человека противостоять Гильгамешу. Так в окрестностях царства появился Энкиду, обладающий чудовищной силой могучий первобытный человек.

Энкиду выступил перед грозным царем, и схватились они в жестоком поединке, громя и уничтожая все вокруг. Однако победу никому из воинов удержать не удалось, так как юноши оказались равными по силе и мужеству. Они восхитились друг другом, и с этого дня началась их крепкая дружба, а мать Гильгамеша приняла Энкиду как сына. Царь же обретя нового товарища, очень изменился, характер смягчился, свирепый гнев исчез, но жажда славы и подвигов не оставила его.