Почему в 19 веке взросла роль проливов босфор и дарданеллы?

Потому что по обеим берегам этого пролива расположен город Стамбул ( сегоднешнее название, раньше было другое ) огромный торговый и политический центр.

натные люди на Руси жили по большей части в хоромах — двух-или трёхэтажных сооружениях, сначала деревянных, а впоследствии — каменных, с крылечками и теремами. Их окружали высокие деревянные ограды с воротами и калиткой. В центре двора, кроме самих хором, было ещё несколько домов для слуг. Тут же строили конюшни, стойла, риги и бани. Очень богатые люди сооружали соб­ственную церковь. Около двора размещали сад, огород, цветники.

В хоромах были жилые комнаты, светлицы — помеще­ния, которые освещались лучше всего, — тут женщины вышивали, ткали, пряли и т. п. Была ’также комната для приёма гостей горница (современная гостиная). Когда было холодно, в хоромах топили печи. Дым выходил через дымоход. В хоромах обязательно были иконы, добротная и громоздкая деревянная мебель: столы, лавы, стулья, лари, шкафы и полки для хранения посуды и др. В XIV-XV в. в домах самых богатых людей Москвы и Новгорода начали вставлять стеклянные окна. В сумер­ках зажигали свечи из сала или воска.

Простой люд жил в землянках, полуземлянках или лачугах, которые не имели окон, чтобы дольше сохра­нялось тепло. Такое жилье отапливалось, так сказать, по-чёрному: дымохода не было, и дым выходил через отверстие в кровле. Зажиточные крестьяне имели ого­роженный двор: деревянный дом с хозяйственными застройками, садом и огородом. Неотъемлемым эле­ментом такого дома была печь. Она обогревала помещение, в ней готовили еду и пекли хлеб, иногда на печи спали, особенно в холодные зимние ночи. Помещение освещали лучинами. Мебель была бедной (стол и две лавы), а посуда скромной — глиняные и деревянные горшки, миски, ложки, ножи.

Одежда показывала принадлежность человека к определённому сословию. Простонародье носило грубую домотканную одежду — конопляную, льняную или шерстяную. Ткани красили в разные цвета. Молодежь носила более яркую одежду, а старшие люди — более темную. Зажиточные люди шили свой наряд из иностран­ных дорогих тканей.

Наполеон обладал феноменальной памятью и работо острым умом, военным и государственным гением, даром дипломата, артиста, обаянием, позволявшим ему легко располагать к себе людей. Этот человек в неизменном сером сюртуке и треуголке занял прочное место в истории, дав свое имя целой эпохе. 
Традиционно считается, что рост Наполеона составлял 157-159 сантиметров, но так ли это? Его современники никогда не называли Бонапарта низкорослым, а в ряде французских источников его рост указывается в диапазоне 165-172 см. Согласитесь, что для тогдашней Европы это средний мужской рост. Когда Наполеон умер, его измерили, точный рост бывшего императора оказался 5 футов 2 дюйма и 4 линии. Именно в этих футах и кроется загадка. Наши современники, переводя футы в сантиметры, традиционно ориентируются на английский фут, о том же, что в тот период футов было несколько десятков, уже давно позабылось. А ведь измеряли тело Наполеона явно во французских футах. В энциклопедии Брокгауза и Ефрона приведена интересная таблица, в которой представлены практически все европейские футы, использовавшиеся в тот период. Убедитесь, что во французских футах рост Бонапарта составит 169 см, а ведь он к тому времени был тяжело больным стариком. Значит, в период своего физического расцвета он был ростом 171-172 см. 
Откуда же идут корни легенды о низкорослости Наполеона? Многие историки считают, что основой послужило прозвище «Маленький капрал» и диспропорция в росте - император имел большую голову, что заметно даже на некоторых прижизненных портретах. Велика вероятность, что «Маленьким капралом» 26-летний генерал стал не из-за низкого роста, а по хрупкости в тот период его фигуры и чрезвычайной для генерала молодости. К тому же, так уж сложилось, что его почти всегда окружали очень высокие генералы. Похоже, что Наполеон даже бравировал этим прозвищем, он никогда не носил обувь с высокими каблуками и шляпы с пышным высоким плюмажем. Он хотел, чтобы его воспринимали таким, каким его полюбила армия.