Описание картины левитана "папоротник в лесу"

В ранний период творчества, Исаак Ильич Левитан находился под влиянием своих учителей Алексея Саврасова и Василия Поленова. Со временем художник пришел к выводу, что натурный этюд, представлявший как бы основу картины, — это лишь начальный этап на пути выявления образного содержания задуманного произведения.

Левитан чрезвычайно развил эмоциональную выразительность пейзажа, показал тончайшие нюансы жизни природы. Передаваемые художником чувства свойственны всем людям, а потому и понятны каждому. Художник объективен, он не подчиняет природу своим переживаниям, и тем более не искажает ее в угоду им. Природа «человечна», эмоциональна и в поздних и в ранних работах художника. Менялось лишь содержание эмоций, и то, как они выражались. Настроения, лежащие в основе левитановских пейзажей, не только объективны, но и глубоко содержательны.

Раскрытие «сокровенной тайны» в природе, ее большого духовного содержания было постоянным стремлением Левитана на всем протяжении его недолгой творческой жизни.

Род волки (Lupus) объединяет волков, койотов, шакалов, диких и домашних собак – наиболее крупных представителей семейства волчьих. Кроме того, к этому семейству относятся все лисы, песцы, енотовидная собака и гривистый волк. У каждого волка особый характер: есть осторожные, дерзкие или самоуверенные, одни держатся в волчьем обществе свободно и непринужденно, а других не видно и не слышно.ВОЛЧЬЯ ВЕРНОСТЬ 

Что люди знают о волках? То, что они свирепы и опасны, вероломны и коварны. Что их надо уничтожать. Так думают о волках те, кто о них ничего не знает. На самом деле волки очень редко нападают на людей. Как и все хищники, они охотятся, чтобы прокормиться и живут своей
 жизнью, стараясь держаться подальше от людей. Я предлагаю вам приподнять завесу тайны и окунуться в загадочный мир – мир Волка.
Волки обитают на Земле уже более миллиона лет. Произошли они от плотоядных хищников, живших 100 миллионов лет назад, а около 20 миллионов лет назад от волка произошли собаки.

Волки обитают в горах, лесах и на равнинах Северного полушария. Подобно всем живым существам, они, как говорят биологи, занимают в дикой природе свою экологическую нишу. На территориях своего обитания волки являются самой многочисленной группой из тех хищников, что охотятся на крупных млекопитающих.

Глава XXVII. ГОРЕ
На другой день, поздно вечером, мне захотелось еще раз взглянуть на нее; преодолев невольное чувство страха, я тихо отворил дверь и на цыпочках вошел в залу.
Посредине комнаты, на столе, стоял гроб, вокруг него нагоревшие свечи в высоких серебряных подсвечниках; в дальнем углу сидел дьячок и тихим, однообразным голосом читал псалтырь.
Я остановился у двери и стал смотреть; но глаза мои были так заплаканы и нервы так расстроены, что я ничего не мог разобрать; все как-то странно сливалось вместе: свет, парча, бархат, большие подсвечники, розовая, обшитая кружевами подушка, венчик, чепчик с лентами и еще что-то прозрачное, воскового цвета. Я стал на стул, чтобы рассмотреть ее лицо; но на том месте, где оно находилось, мне опять представился тот же бледно-желтоватый прозрачный предмет. Я не мог верить, чтобы это было ее лицо. Я стал вглядываться в него пристальнее и мало-помалу стал узнавать в нем знакомые, милые черты. Я вздрогнул от ужаса, когда убедился, что это была она; но отчего закрытые глаза так впали? отчего эта страшная бледность и на одной щеке черноватое пятно под прозрачной кожей? отчего выражение всего лица так строго и холодно? отчего губы так бледны и склад их так прекрасен, так величествен и выражает такое неземное спокойствие, что холодная дрожь пробегает по моей спине и волосам, когда я вглядываюсь в него?..
Я смотрел и чувствовал, что какая-то непонятная, непреодолимая сила притягивает мои глаза к этому безжизненному лицу. Я не спускал с него глаз, а воображение рисовало мне картины, цветущие жизнью и счастьем. Я забывал, что мертвое тело, которое лежало предо мною и на которое я бессмысленно смотрел, как на предмет, не имеющий ничего общего с моими воспоминаниями, была она. Я воображал ее то в том, то в другом положении: живою, веселою, улыбающеюся; потом вдруг меня поражала какая-нибудь черта в бледном лице, на котором остановились мои глаза: я вспоминал ужасную действительность, содрогался, но не переставал смотреть. И снова мечты заменяли действительность, и снова сознание действительности разрушало мечты. Наконец воображение устало, оно перестало обманывать меня, сознание действительности тоже исчезло, и я совершенно забылся. Не знаю, сколько времени пробыл я в этом положении, не знаю, в чем состояло оно; знаю только то, что на время я потерял сознание своего существования и испытывал какое-то высокое, неизъяснимо-приятное и грустное наслаждение.
Может быть, отлетая к миру лучшему, ее прекрасная душа с грустью оглянулась на тот, в котором она оставляла нас; она увидела мою печаль, сжалилась над нею и на крыльях любви, с небесною улыбкою сожаления, спустилась на землю, чтобы утешить и благословить меня.
Дверь скрипнула, и в комнату вошел дьячок на смену. Этот шум разбудил меня, и первая мысль, которая пришла мне, была та, что, так как я не плачу и стою на стуле в позе, не имеющей ничего трогательного, дьячок может принять меня за бесчувственного мальчика, который из шалости или любопытства забрался на стул: я перекрестился, поклонился и заплакал.
Вспоминая теперь свои впечатления, я нахожу, что только одна эта минута самозабвения была настоящим горем.