Мои любимая певица Алена Свиридова. В ее голосе — необыкновенная сила, эмоциональность и в то же время душевное тепло и мудрость. Мне нравится ее манера исполнения песен, сами песни, но еще больше вдохновляет стойкость певицы перед жизненными трудностями.
В детстве Алена привыкла решать все вопросы сама. Она дружила с мальчишками, с ними и дралась, часто на равных. На память остались шрам на виске, полученный на катке; шрам на руке, поскольку именно кровью была скреплена клятва в вечной дружбе и преданности, а также шрам на ноге — результат полета с забора, служившего будущей певице цирковым канатом. Родилась Алена в Минске, который всегда казался ей центром Вселенной и где она получила музыкальное образование. Она купалась в атмосфере любви: ее обожали прабабушка, бабушка, дедушка, мама, папа, муж, сын, друзья. В Минске у Алены было все, а главное — хороший, теплый, добрый дом. Но однажды моя героиня решила кардинально изменить свою жизнь — в поисках призвания она оказалась в Москве,
В первые годы жизни в Москве Алена избрала пагубную для себя тактику поведения. Ее еще никто и нигде не знал, ее работ никто не видел и не слышал, а она пыталась со всеми перезнакомиться, обратить на себя внимание. Но это не возымело действия: Москва оценивает человека по уже выполненному и достойно поданному делу. Неудачников здесь не любят, а на новичков просто не обращают внимания. Тогда Свиридова зачеркнула для себя красивую шумную московскую жизнь, светские рауты и вечеринки в ночных клубах. Она ушла в подполье и засела за работу. За работу без выходных, без расслаблений, без отдыха. Она снимала квартиры в самых захолустных районах Москвы, а все деньги уходили исключительно на записи песен. И вот через два года напряженной работы Алена вновь предстает перед порядком удивленным московским бомондом, который видит совершенно новую, стильную, ироничную и никого не копирующую певицу. Ее первые песни, ее «Розовый фламинго» будто вышли из моих любимых сказок Льюиса Кэрролла. Мне было приятно узнать, что Льюис Кэрролл — один из любимых писателей моей любимой певицы.
Московская музыкальная элита приняла Алену в свой круг довольно-таки быстро. А поскольку по своему характеру она не склонна к сплетням, интригам, каверзам и сталкиванию лбами, более того, она всегда держится несколько отстранено, как бы со всеми, но сама по себе, то и отношение к ней у бомонда выработалось достойное, по принципу «не суди других — и не судим будешь». Это качество в характере Свиридовой мне очень нравится, и в этом я хочу быть похожей на нее.
Мне не нравятся сплетни, я не люблю обсуждать человека за его спиной. Конечно, если говоришь правду открыто, прямо в лицо, многие обижаются, считая свои недостатки не подвластными обсуждению или критике.
После первых выступлений, профессиональных и качественных, пресса Алену заметила, полюбила и даже не допускала по к ней каких-либо выдумок. Наоборот, назвала ее самой стильной певицей года. Затем в ее жизни произошел бурный любовныйроман. По признанию певицы, она не умеет жить тихо. Она может жить только «по полной программе» и на «полную катушку». Она влюбилась и ушла к другому, причем ушла как-то очень громко, бурно, все об этом узнали.
Алена не верит в вещие сны. Однако ей иногда снятся сны, в которых она видит отрицательные качества знакомых людей, которые на данный момент еще не проявились. Если во сне друг оказывается врагом, то в скором времени так и происходит. По ее словам, так уже случалось неоднократно.
Сейчас Алена довольна своей жизнью. У нее есть надежный человек, который решать повседневные проблемы. Она достойно боролась за право быть человеком уважаемым и прекрасно проявила свои таланты. Борьба за выживание снята с повестки дня, поэтому Алена может в полной мере отдаться творчеству. Очень хочется пожелать ей успехов. А я буду с нетерпением ждать новых песен Алены Свиридовой, наполненных ее энергией и целеустремленностью.
Поделитесь своими знаниями, ответьте на вопрос:
Особенно сблизила Чехова с крестьянами его врачебная деятельность. Живя в Москве, Чехов, для которого труд писателя давно уже стал основной профессией, снял с дверей своей квартиры дощечку с надписью «Доктор А. П. Чехов». Однако в глухой деревне, где на много верст в округе не было врачебного пункта, он не считал себя вправе отказывать во врачебной а, наоборот, развернул ее очень широко. Антон Павлович создал у себя настоящий больничный приемный пункт. Каждый день с утра во дворе чеховской усадьбы собирались больные, ожидая приема. Из далеких деревень, иногда находившихся в 20-25 верстах от Мелихова, приезжали на телегах. Ежедневно с 5 до 9 часов утра Антон Павлович вел прием у себя дома, ездил к больным за десятки верст во всякую погоду по ухабистым деревенским дорогам, заботился об устройстве больных крестьян в московские больницы. Часто будили Чехова и по ночам. Михаил Павлович вспоминает, как однажды среди ночи проезжавшие мимо Мелихова путники привезли к ним человека с проколотым вилами животом, которого они подобрали «а дороге. Его внесли в кабинет Чехова, положили среди пола на ковер, и Антон Павлович долго возился с ним, исследуя раны и накладывая повязки.
Крестьяне с благодарностью говорят о Чехове-враче. «А как он о больных заботился! - вспоминает П. А. Симанов. - Заболел у меня папаша. Приходит Антон Павлович, посмотрел и говорит: «Тут я один сделать ничего не могу». И ушел. Мы думали - он не хочет, а он за 12 верст на своих лошадях за другим доктором послал, да фельдшера выписал и денег не взял и папашу-то он и отходил».