Краткая о недавней ситуации в париже. рассказ в школу на . если сможете то сразу на . заранее

Now in Saint-Denis and Clichy-SUBW — the main hearth of the disturbances is relatively quiet. In addition, the French authorities believe that with the end of Ramadan, the situation can change dramatically. The question is in which direction. What I fear most authorities is that the unrest did not spread in Paris itself. That excitement can spill over in Paris, said local press and the easily excited part of the population. And where's the guarantee that this will not happen? Only for the last night 200 burned cars, attacked garages, stores, plus destroyed police station. Already has data and the first wounded, and it is especially important that the disposal of street gangs a real weapon.

Перевод

Сейчас в Сен-Дени и в Клиши-Субуа — основном очаге волнения — относительно спокойно. К тому же, французские власти полагают, что с окончанием Рамадана ситуация может кардинально измениться. Весь вопрос — в какую сторону. Чего больше всего опасаются власти, так это чтобы волнения не перекинулись в сам Париж.
О том, что волнения могут перекинуться в Париж, говорит местная пресса и легко возбуждаемая часть населения. А где гарантии, что этого не произойдет? Только за минувшую ночь 200 сгоревших автомобилей, нападение на гаражи, магазины, плюс разгромленный полицейский участок. Уже есть данные и о первых раненых, и что особенно важно — в распоряжении уличных банд настоящее оружие.

Я совершенно согласна с данным утверждением. ведь без экономики не было бы развития нашей страны, не было бы возможности внедрения новых технологий и т.д. Хорош. что люди, в свое время, сознательно построили и успешно используют такую систему жизнеобеспечения, как экономика. она позволяет удовлетворить большинство потребностей и запросов человека. при успешно развитых экономических отношениях, многообразие возможностей проявляется буквально во всем: это и хорошая техника, вкусная еда, красивая одежда, отдых за границей и т.д.

На протяжении большей части человеческой истории считалось, что истинная религия требует государственного воплощения религиозных верований (соединение государства и церкви) , а политическая стабильность подразумевает единство веры и культуры. Общество не могло быть стабильным без утверждения единой веры, которая служит связующим звеном и создает главное и единственное побуждение к верности и послушанию правящим кругам. Из-за данных выводов совершалось множество религиозных войн.
Религия с 20 января 1918 г. считается в России личным делом каждого, что было провозглашено декретом Совета Народных Комиссаров РСФСР. По Конституции РФ 1993 г. церковь отделена от государства и все конфессии (религии) равны. Однако, Федеральный Закон «О свободе совести и религиозных объединениях» в 1997 г. зафиксировал «особую роль православия в истории России, в становлении и развитии ее духовности и культуры» , и данный документ не полностью совместим с принципом свободы вероисповедания и равенства конфессий, который указан в Конституции РФ.
Таким образом, проблемы свободы совести и вероисповедания в России теснейшим образом взаимосвязаны с политическими, правовыми и нравственными процессами, происходящими в обществе. Это логично объясняется с юридической точки зрения: при новой государственной власти появляется новое право, обеспечивающее юридический механизм действия государственных и общественных институтов на основе норм отечественного права и международно-правовых норм и стандартов при приоритете последних, обеспечивающих права и свободы человека и гражданина, их соблюдение и защиту, независимо от религиозной и иной принадлежности.
Идеал религиозной свободы завоевал чрезвычайно широкое признание во всем мире и в нашем государстве, в частности, и в настоящее время он признается не только всеми крупными международными декларациями и соглашениями по правам человека, но и подавляющим большинством конституций стран мира и конституциями (уставами) субъектов Российской Федерации.
Религиозную свободу в конкретном обществе можно оценить по степени зависимости государственных учреждений от религиозных и наоборот. При этом следует учитывать, что разделение церкви и государства автоматически не приводит к появлению свободы совести и вероисповедания. Жесткое разделение, к примеру, может перерасти во вражду к религии, а механическое требование разделения любой ценой может направить государственную систему к равнодушию, или, наоборот, к репрессиям. И только культура или историческое народов обусловливают конкретный подход, обеспечивающий максимально возможную степень свободы совести и вероисповедания в каждой конкретной стране.