Грудка у синички обычно желтая, испинка зеленоватая, хвостик черный, а щечки белые. песенка у нее звонкая, а иногда она громко кричит си-си-синь, словно говорит свое имя. найди и подчеркни орфограммы в корне слов?

Грудка-груДочка
зеленоватая-зЕлень
кричит-крИк
говорит-гОвор

Осенью, когда в школе были каникулы, мы с родителями отправились на прогулку в старый городской парк, где растут огромные деревья. Мы наслаждались дивным осенним воздухом, любовались очарованием природы и собирали разноцветные листья. Вдруг я увидела сидящую на сосне серенькую белочку. Да-да, именно серенькую! Она наблюдала за мной своими внимательными глазками-бусинками. Мне так захотелось погладить ее! Я попробовала подойти поближе. Но пушистая незнакомка, махнув хвостиком, быстро скрылась в кроне дерева. Все последующие дни я приходила в парк, мечтая снова повстречать красавицу и познакомиться с ней поближе. А для того чтобы задобрить белочку, у меня всегда были припасены в кармане курточки орешки и семечки. Но, увы, больше я ее не видела. Очевидно, у нее было много дел, и в отличие от меня она не могла позволить себе долгие прогулки по парку.

Ох, уж эти заимствования! Почему-то сразу вспоминается «господин нигилист» Евгений Базаров из тургеневских «Отцов и детей» с его чересчур категоричной репликой: «Сколько иностранных и бесполезных слов! Русскому человеку они даром не нужны». Но там – спор, полемика с дворянами-либералами, а в пылу спора чего только не скажешь, чтобы чувствовать себя победителем. А если серьезно – как нам быть с заимствованиями в родном языке? Принимать, как должное, или отвергать с порога? Чтобы ответить на данный вопрос, окунемся в не столь уж давнюю историю.