Прислонившись к дверному косяку, стоял высокий, худой грузин.возле отца шёл, держа в руках дворянский картуз,его старый друг.на выносили ковры,кресла,диваны ,выколачивая из них зимний дух.под дыханьем непогоды, вздувшись,потемнели воды.сквозя, березник чуть желтеет,и соловей еще не смеет запеть в смородинном кусте.в каждый гвоздик душистой сирени ,распевая, вползает пчела.бабушка ,выпивая чашку за чашкой; я сидел у окна ,глядя как над городом вечерняя заря.по овражку-тупичку, гремя, журча ,переливаясь бежал ручей.солнце склонялось к закату ,погружая косые лучи свои в воды залива
Джамалутдинова Докучаев
28.03.2023
Прислонившись к дверному косяку, стоял высокий, худой грузин. возле отца шёл, держа в руках дворянский картуз, его старый друг. на выносили ковры, кресла, диваны, выколачивая из них зимний дух. под дыханием непогоды, вздувшись, потемнели воды. сквозя, берёзник чуть желтеет, и соловей ещё не смеет запеть в смородинном кусте. в каждый гвоздик душистой сирени, распевая, вползает пчела. бабушка , выпивая чашку за чашкой; я сидел у окна, глядя, как рдеет над городом вечерняя заря. по оврагу-тупичку, гремя, журча, переливаясь, бежал ручей. солнце склонялось к закату, погружая косые лучи свои в воды залива.