Найдите ошибки в этом тексте и назовите их. трудный этот язык, дорогие граждане! беда, какой трудный. главная причина в том, что иностранных слов в нём до чёрта. ну, взять французскую речь. всё хорошо и понятно. кескёсе, мерси, комси — всё, обратите ваше внимание, чисто французские, натуральные, понятные слова. а нуте-ка, сунься теперь с фразой — беда. вся речь пересыпана словами с иностранным, туманным значением. от этого затрудняется речь, нарушается дыхание и треплются нервы. я вот на днях слышал разговор. на собрании было. соседи мои разговорились. умный и интеллигентный разговор был, но я, человек без высшего образования, понимал ихний разговор с трудом и хлопал ушами. началось дело с пустяков. мой сосед, не старый ещё мужчина, с бородой, наклонился к своему соседу слева и вежливо спросил: — а что, товарищ, это заседание пленарное будет али как? — пленарное, — небрежно ответил сосед. — ишь ты, — удивился первый, — то-то я и гляжу, что такое? как будто оно и пленарное. — да уж будьте покойны, — строго ответил второй.— сегодня сильно пленарное и кворум такой подобрался — только держись. — да ну? — спросил сосед.— неужели и кворум подобрался? — ей-богу, — сказал второй. — и что же он, кворум-то этот? — да ничего, — ответил сосед, несколько растерявшись.— подобрался, и всё тут. — скажи на милость, — с огорчением покачал головой первый сосед.— с чего бы это он, а? второй сосед развёл руками и строго посмотрел на собеседника, потом добавил с мягкой улыбкой: — вот вы, товарищ, небось, не одобряете эти пленарные а мне как-то они ближе. всё как-то, знаете ли, выходит в них минимально по существу хотя я, прямо скажу, последнее время отношусь довольно перманентно к этим собраниям. так, знаете ли, индустрия из пустого в порожнее. — не всегда это, — возразил первый.— если, конечно, посмотреть с точки зрения. вступить, так сказать, на точку зрения и оттеда, с точки зрения, то да — индустрия конкретно. — конкретно фактически, — строго поправил второй. — , — согласился собеседник.— это я тоже допущаю. конкретно фактически. хотя как — всегда, — коротко отрезал второй.— всегда, уважаемый товарищ. особенно, если после речей подсекция заварится минимально. дискуссии и крику тогда не на трибуну взошёл человек и махнул рукой. всё смолкло. только соседи мои, несколько разгорячённые спором, не сразу замолчали. первый сосед никак не мог помириться с тем, что подсекция заваривается минимально. ему казалось, что подсекция заваривается несколько иначе. на соседей моих зашикали. соседи плечами и смолкли. потом первый сосед снова наклонился ко второму и тихо спросил: — это кто ж там такой вышедши? — это? да это президиум вышедши. острый мужчина. и оратор первейший. завсегда остро говорит по существу дня. оратор простёр руку вперёд и начал речь. и когда он произносил надменные слова с иностранным, туманным значением, соседи мои сурово кивали головами. причём второй сосед строго поглядывал на первого, желая показать, что он всё же был прав в только что законченном споре. трудно, товарищи, говорить по-!

Сомнения - инструмент защиты человека от неправильных решений и поступков. Хотя иногда именно сомнения мешают человеку сделать шаг вперед, к новому.

Например, переходя через дорогу, сомнения защищают нас, заставляя убедиться в безопасности дороги, посмотреть по сторонам и убедиться в разрешающем сигнале светофора переходить дорогу. И в других ситуациях, например, сомнения побуждают нас проверять насколько продукты свежие, чтобы мы не отравились.

Мы сомневаемся, надо ли идти поздно вечером гулять на улицу, пробывать алкоголь, сигареты, наркотики. Это хорошая сторона сомнений. Сомнения - наша защита от необдуманных поступков.

В то же время, сомнения не нужны в реализации своих талантов: петь, рисовать, танцевать, моделировать. Вот здесь надо отбросить все сомнения и проявить свою творческую натуру, весь свой потенциал и креатив.

Одним из сквозных мотивов книги является подчеркива­ние положительных качеств русского народа, таких, как трудо­любие, смелость, любовь к своей родине, и других. А рассказ «Бежин луг» выделяется в «Записках охотника» тем, что в нем писатель нарисовал запоминающиеся образы крестьянских детей. Это мальчишки, которые летом выгоняют лошадей в ночное.

Рассказчик познакомился с героями своего рассказа, ког­да ночью, во время своих блужданий с ружьем и охотничьей собакой Дианкой, набрел в темноте на их костер. Писатель провел всю ночь у костра вместе с ребятишками и слушал их разговоры.

Всего мальчишек было пятеро. Тургенев подробно дает портреты каждого из них. Самым старшим был Федя, ему было лет четырнадцать. О нем сказано, что он «принадлежал, по всем приметам, к богатой семье и выехал-то в поле не по нуж­де, а так, для забавы». И ведет себя Федя не так, как остальные. Можно сказать, что он важничает.

Особое внимание писатель уделяет другому мальчику — Павлуше. Хотя он и младше Феди на два года, но его можно назвать лидером в этой группе. Внешность у Павлуши была неказистой, но «глядел он очень умно и прямо, да и в голосе у него звучала сила». Несколькими эпизодами писатель показы­вает нам решительность характера Павла. Так, когда собаки заслышали в темноте что-то непонятное, Павлуша без разду­мья помчался на лошади в темноту. Он подумал, что собаки учуяли волка. О своем смелом поступке он говорит «равнодуш­ным голосом», то есть не видит в нем ничего особенного. Пав­луше хорошо известны голоса природы. Когда над рекой про­несся «странный, резкий, болезненный крик» и напугал маль­чиков, Павлуша спокойно объяснил, что это кричит цапля. Подросток вполне уверенно чувствует себя в ночной степи. Понятно, что она для него не чужая, а родная.

Другие мальчики изображены Тургеневым не так подроб­но. Они заняты в основном разговорами о разных сверхъесте­ственных случаях. В этих разговорах отразились суеверия рус­ского крестьянства той поры. Но и к таким явлениям Павлу­ша относится довольно спокойно. Он, как и все, ничуть не сомневается в существовании леших, русалок и прочих персо­нажей русского фольклора. Но они не вызывают у него суевер­ного страха, а воспринимаются им как часть окружающего мира. Так же спокойно, как перед этим о волке, Павлуша рас­сказывает, как он, набирая воду из реки, якобы слышал голос утонувшего мальчика. А напуганным товарищам, которые по­считали случившееся с Павлом дурной приметой, спокойно говорит: «Своей судьбы не минуешь».

Проникшись глубокой симпатией к Павлуше, читатель в конце рассказа с грустью узнаёт, что примета, к сожалению, оказалась верной. В том же году Павел убился, упав с лошади. Таким финалом писатель дает понять, что жизнь крестьянских детей полна опасностей, что, вынужденные трудиться гая родителям с малых лет, они нередко гибнут. А наибольше­му риску, естественно, подвергаются самые смелые, решитель­ные, активные, то есть именно такие, как Павлуша. Хорошо, что память об этом смышленом и привлекательном крестьян­ском мальчике сохранилась для всех, кто прочитал рассказ Ивана Сергеевича Тургенева «Бежин луг».